Фрагменты живого человеческого мозга, извлеченные во время хирургических вмешательств, дают возможность измерять электрическую активность отдельных нейронов — то, что невозможно осуществить с другими образцами ткани.
Такого рода исследования по-прежнему являются довольно редкими, но уже помогли выявить отличия между нервными клетками человека и мыши, а также содействуют изучению развития мозга, опухолей, эпилепсии и возрастных изменений. О развитии данного направления сообщает журнал Nature.
Небольшие кусочки мозга передают ученым хирурги. Порой ткань удаляют во время операций по поводу опухолей, а иногда — для доступа к более глубоким участкам мозга. Ее помещают в искусственную спинномозговую жидкость, дополнительно насыщенную кислородом и углекислым газом, чтобы создать условия, приближенные к естественным. В зависимости от конкретного образца и возможностей лаборатории клетки могут оставаться живыми от суток до нескольких недель, поэтому измерения следует начинать быстро. Получение таких образцов крайне затруднительно: отдельные лаборатории получают лишь несколько штук в месяц.
Для записи сигнала отдельного нейрона ученые используют метод patch-clamp: прижимают тонкую стеклянную пипетку к клеточной мембране и регистрируют электрический ток. Этот метод требует длительного обучения специалиста, который его применяет, но позволяет наблюдать работу клетки в ее естественной среде.
Почему так важно, что образцы берут у живого человека? Посмертная ткань демонстрирует лишь строение, но не активность клеток. Сканирование не позволяет измерить электрические сигналы отдельной клетки напрямую. Мозг лабораторных животных в целом отличается от человеческого. «Как бы мы ни любили мышей, я не хочу понимать мозг мыши. Я хочу понимать человеческий мозг», — подчеркивает нейробиолог Люси Палмер из Института Флори.

Проведенные исследования демонстрируют, что человеческие нейроны — это не просто увеличенная версия мышиных. В недавнем исследовании Скотта Оуэна анализировались образцы коры мозга детей и подростков, и ученые отметили, что нейроны с возрастом становятся быстрее в ответ на стимулы; у мышей наблюдалась противоположная тенденция.
Кроме того, исследователи выявили два гена, связанных с работой ионных каналов: их активность возрастала в процессе развития человека, но не мышей. В исследовании Питера Йонаса, опубликованном в 2025 году, синапсы — соединения между нейронами — запускали ответ принимающей клетки примерно в 90% случаев у человека против 62% у мышей.
Живые образцы нервной ткани позволяют изучать не только здоровые клетки, но и механизмы заболеваний. Команда Палмер обнаружила, что клетки агрессивных опухолей мозга более активны и образуют больше связей с нейронами. Эта повышенная активность нервных клеток может способствовать распространению опухоли. При тестировании противоракового препарата на образцах ткани ученые также зафиксировали изменения возбудимости нейронов и передачи сигналов.
Тем не менее, даже живые образцы не могут полностью заменить эксперименты на животных: их количество ограничено, и они получены от пациентов, а не от здоровых добровольцев. Это ограничивает выводы о работе абсолютно здорового мозга. Однако прямое изучение человеческих клеток помогает проверить, сохраняются ли у людей механизмы, выявленные у мышей, и понять, почему результаты экспериментов не всегда успешно переносятся на человека.
Живые человеческие нейроны уже научились управлять робособакой, направляя ее к цели.
Фото: hi-tech.mail.ru

