Российские врачи завершили доклинические испытания клеточного продукта для восстановления поврежденных тканей носа.
Данная технология основана на использовании собственных клеток пациента и позволяет активировать регенерацию слизистой оболочки, хрящевой и костной ткани, практически восстанавливая орган. По словам специалистов, серьезные травмы носа представляют собой значительную проблему, которую не всегда удается устранить даже после нескольких операций. Проведенные исследования показали, что после применения клеточного продукта формируются ткани, характеристики которых близки к естественным. Технологию планируется использовать также для восстановления серьезных повреждений у детей. Первые операции могут начаться уже в этом году.
Клеточный продукт для восстановления носа
Исследователи Сеченовского университета завершили доклинические испытания индивидуального биомедицинского клеточного продукта «СеченовРино» для восстановления поврежденных структур носовой полости. Эксперименты продемонстрировали, что клеточная терапия способствует регенерации слизистой оболочки, хрящевой и костной ткани, а также предотвращает избыточное рубцевание. Первые операции на пациентах планируется провести не позже начала 2027 года.
Существующие хирургические методики в основном позволяют механически закрыть или заменить поврежденный участок, однако не всегда восстанавливают сложную структуру слизистой оболочки и других тканей. В результате этого могут оставаться рубцовые изменения и возникать рецидивы.
— Для таких пациентов проблема не сводится к наличию отверстия или недостатку объема ткани. Необходимо восстановить нормальную архитектонику носовой полости, слизистую оболочку, сосудистую сеть, хрящевой или костный каркас — всё то, от чего зависит нормальное прохождение и обработка воздуха. Поэтому для нас особенно важен результат доклинического исследования: после применения разработки ткани по основным морфологическим параметрам приближались к нормальным, — отметил ассистент кафедры болезней уха, горла и носа Института клинической медицины Сеченовского университета Александр Мальцев.
В основе технологии — сфероиды из мезенхимных стромальных (вид стволовых) клеток, которые получают из небольшого фрагмента жировой ткани самого пациента. Клетки объединяются в трехмерные структуры и вводятся непосредственно в область повреждения. Они выделяют комплекс биологически активных веществ, регулирующих воспаление, способствующих росту сосудов и запускающих собственные механизмы регенерации тканей.
Одно из основных показаний для новой технологии — стойкие перфорации перегородки носа и синдром пустого носа. Эти тяжелые состояния могут возникать после травм и хирургических вмешательств. При перфорации между носовыми ходами образуется сквозной дефект, который нарушает движение воздуха. Пациентов могут годами беспокоить сухость, образование корок, кровотечения, свист при дыхании, заложенность и снижение обоняния.
Синдром пустого носа проявляется еще сложнее и может развиваться после операций, нарушивших нормальную анатомию носовой полости. Несмотря на физически свободные носовые ходы, человек может испытывать мучительное ощущение нехватки воздуха, постоянную сухость и жжение. Из-за изменения аэродинамики нос перестает нормально согревать, увлажнять и очищать воздух. Такие симптомы значительно ухудшают качество жизни и крайне трудно поддаются лечению.
Практическое применение
Эффективность технологии была оценена на двух хронических моделях: стойкой перфорации носовой перегородки и повреждении нижних носовых раковин, моделирующем синдром пустого носа. Через два месяца после введения клеточного продукта исследователи наблюдали значительное восстановление тканей: в большинстве случаев перфорация полностью закрылась, а сформировавшиеся ткани по основным морфологическим характеристикам приближались к нормальным. В модели синдрома пустого носа показатели тканей после терапии также практически не отличались от естественных. В контрольных группах сохранялись значительно более выраженные воспалительные процессы и нарушения регенерации. Исследование не выявило значительных токсических реакций или признаков отторжения клеточного продукта.
— Мы подошли к этапу, когда результаты доклинических исследований позволяют двигаться к применению технологии у пациентов. Рассчитываем начать первые операции до конца этого года или в начале следующего. Пациенты с такими состояниями уже обращаются к нам, и сейчас сформирована очередь на лечение. Для многих из них существующие возможности хирургии ограничены, поэтому наша задача — не просто закрыть дефект, а добиться восстановления собственной полноценной ткани, — сообщил доцент кафедры болезней уха, горла и носа Института клинической медицины Михаил Свистушкин.
По словам практикующих ЛОР-специалистов, восстановление сложной структуры носа после травм на сегодняшний день остается трудной задачей, а возможности ее решения у медиков ограничены.
— Такие повреждения сложно поддаются коррекции. Даже повторные хирургические вмешательства не всегда приносят результат. Уже довольно давно рассматривается возможность использовать стволовые клетки для регенерации, — уточнила ЛОР-хирург Наталья Лукань.
По словам главного детского аллерголога-иммунолога Министерства здравоохранения Московской области Андрея Продеуса, технология потенциально может применяться и в таких чувствительных случаях, как тяжелые травмы у детей, полученные, например, в результате нападений животных или катастроф. Однако, по его мнению, пока недостаточно данных долгосрочных наблюдений, которые позволили бы оценить, как поведут себя восстановленные ткани спустя много лет.
Как отметила директор Института биологии и биомедицины ННГУ Мария Ведунова, жировая ткань, используемая в восстановительной хирургии, содержит клетки, генетически совместимые с организмом самого пациента. Эти клетки обладают выраженной секреторной активностью, что позволяет им участвовать в регенерации тканей. В настоящее время развиваются технологии, позволяющие целенаправленно изменять свойства таких клеток под конкретные задачи. Однако, по словам эксперта, подобные подходы требуют осторожности из-за потенциального риска онкологических осложнений. При этом простая стимуляция собственных регенеративных процессов организма может быть менее эффективной, но потенциально более безопасной.
Фото: hi-tech.mail.ru