В Северном рыбохозяйственном бассейне продолжается снижение запасов атлантической трески.
За тринадцать лет ее вылов в Баренцевом море уменьшился в 3,5 раза. Рыба, которая всегда была доступной и недорогой, становится дорогим деликатесом даже в приморских регионах СЗФО. Тем не менее, несмотря на то, что промысловый запас упал почти до исторического минимума, ученые на Международном рыбопромышленном форуме в Петербурге сообщили, что надежды на его восстановление все же существуют.
В начале 2010-х годов с треской на прилавках Поморья и Заполярья было все в порядке. Например, в Архангельске, где жители известны как «трескоеды», она стоила дешевле курицы и продавалась повсюду. Однако, казавшийся вечным «рыбный день» закончился.
— В магазинах стало очень мало трески,— жалуется архангелогородка Светлана Потапова. — Относительно крупная рыба от тралового флота стоит почти 650 рублей за килограмм. В местной продуктовой сети есть мелкая рыба размером в две ладони по примерно такой же цене. Год назад наша семья вообще перестала покупать треску из-за высокой цены и переключилась на минтай.
В Петербурге тушки этой рыбы днем с огнем не сыскать — в основном продается только замороженное филе, причем по цене лососевого. Рестораторы Северной столицы также сетуют на нехватку качественной свежей трески. Блюда из нее иногда обходятся дороже стейков из мраморной говядины.
Треска наряду с минтаем, лососем, сельдью и крабом составляет ключевые объекты промысла водных биоресурсов в России — они формируют более 70 процентов общего допустимого улова (ОДУ). Почти с каждым из этих видов в разных бассейнах в последнее время наблюдаются нетипичные изменения, отмечают ученые и промысловики. Например, тихоокеанский лосось также покинул Дальний Восток, но на его место пришли «неместные» тунец и рыба фугу. Многие специалисты связывают такие аномалии с изменением климата и океана.
— Общий тренд — ключевые виды, обладающие долгой историей промысла, демонстрируют четкую цикличность. Вероятно, она связана с температурными аномалиями, которые происходят периодически. В настоящее время мы находимся в нижней фазе, но в будущем можно ожидать роста,— такое мнение высказал президент Ассоциации добытчиков краба Александр Дупляков.
Ситуация с атлантической треской осложняется тем, что этот вид чрезвычайно важен для Северного бассейна — и не только с коммерческой, но и с исторической и культурной точки зрения, подчеркнул руководитель Полярного филиала ФГБНУ «ВНИРО» (ПИНРО) Константин Соколов.
— Запас трески — один из основных элементов, на которых держится вся шельфовая экосистема Баренцева моря. Это универсальный хищник, который поедает все, что может поместиться в его пасти. Второй экосистемообразующий вид — мойва, но отличие в том, что ее саму все едят. Если что-то происходит с одним из этих видов, вся система начинает испытывать дискомфорт. И наоборот, если изменяются экосистемные параметры моря, треска и мойва испытывают на себе это влияние,— пояснил ученый.
Максимальный промысловый запас трески был зафиксирован в 2012—2013 годах. Однако уже с 2015 года началось снижение. По данным ПИНРО, сегодня этот объем составляет около миллиона тонн, что близко к историческому минимуму. Особенно специалистов беспокоит падение нерестового запаса, способного производить богатое потомство.
Смешанная Российско-Норвежская комиссия (СРНК) по рыболовству утвердила на 2026 год общий допустимый улов трески в объеме 285 тысяч тонн — так мало было только в 1990-х. Но, хотя ситуации схожи, причины у них разные, считают ученые.
— Более тридцати лет назад происходил интенсивный промысел, который значительно повлиял на запасы. Сегодня он ведется очень рационально, ученые и рыбаки внимательно следят за получаемыми данными. Почему же снизилась продуктивность трески? Мы считаем, что на это повлияло изменение климата,— поделился Константин Соколов. — До начала XXI века теплые годы обычно сменялись холодными. Но с 2000 года мы наблюдаем ряд исключительно теплых лет, которые прерываются только аномально теплыми. Все это существенно повлияло на экосистему и ее составляющие виды. Кстати, пикша реагирует на такие изменения еще сильнее.
До климатических изменений молодь трески хорошо выживала в холодные периоды, что позволяло нарастить промысел за счет ее потомства. По наблюдениям специалистов, снижение «урожайности» происходит за счет последующих поколений — они просто не появляются.
Существовало мнение, что к сокращению запасов привел не потепление, а каннибализм, поскольку этот хищник активно поедает свою молодь. Однако ученые исследовали желудки рыб за длительный период и пришли к выводу: нет, тресковая популяция не уничтожила саму себя.
Еще одной причиной снижения запасов, о которой упоминали, является недобросовестность рыбаков, вылавливающих молодь. Установленный промысловый размер этого вида в Баренцевом море — 44 сантиметра. Однако соблюдают это правило далеко не все компании, что подтверждается наличием мелкой трески в торговых сетях.
Увеличить стаи трески можно только одним способом — регулированием промысла. Правила управления запасом этой рыбы, принятые СРНК в начале нулевых, эксперты оценивают положительно. По их словам, лишь в некоторые годы комиссия принимала общий допустимый улов выше рекомендованного учеными, что приводило к «недолову».
С другой стороны, саму рыбохозяйственную науку иногда критикуют за недооценку запасов. Однако ученые с такими обвинениями категорически не согласны:
— Треска Баренцева моря — самый хорошо изученный вид в мире по нашей отрасли. Каждый год мы оцениваем состояние поколений в возрасте одного года, двух, трех лет и так далее. Мы видим хорошую согласованность между производительностью и оценкой запасов. То есть наука не ошибается,— уверен руководитель ПИНРО.
Вернется ли баренцевоморская треска на прилавки и столы жителей СЗФО в количестве, хотя бы близком к прежнему? Ученые считают, что оснований для оптимизма есть. По их данным, запас уже стабилизируется — возможно, за четверть века рыба смогла адаптироваться к новым условиям среды. Специалисты ожидают, что общий допустимый улов на 2027 год будет на десять процентов выше, чем в текущем. А к 2031 году можно рассчитывать даже на 400 тысяч тонн в год.
Кстати
Вылов балтийской трески в Калининградской области сократился почти в два раза — с 625 тонн в 2024 году до 378 тонн в минувшем. Специалисты также связывают это с природными условиями — недостаточным поступлением соленой воды из Северного моря в Балтийское.
Фото: hi-tech.mail.ru