Ученые выявили в мозге уникальную группу нейронов, отвечающую за «эффект проигравшего» — явление, при котором после неудачи мы становимся менее уверенными в себе и чаще уступаем в будущих конфликтах.
Человечество, хотим мы этого или нет, является частью животного мира, поэтому исследователи решили разобраться, как именно формируется иерархия в сообществе животных и почему одни особи становятся лидерами, а другие — подчиненными. Для изучения социальной иерархии команда ученых под руководством профессора Джеффри Уикенса использовала стандартный эксперимент с трубкой: два самца мыши входят в узкий проход с противоположных концов, и после столкновения более доминирующая особь заставляет другую отступить. Повторяя эти взаимодействия на протяжении нескольких дней, исследователи установили ясную социальную иерархию в каждой клетке.
Затем нейробиологи изменили состав групп, сталкивая доминирующих мышей из разных клеток друг с другом, а подчиненных — с равными по статусу. После этих новых встреч некоторые ранее доминирующие мыши стали подчиненными, в то время как некоторые, которые раньше были подчиненными, начали доминировать. Когда мышей вернули в их исходные клетки, их социальный статус изменился в соответствии с новыми результатами.
«Это связано с эффектами победителя и проигравшего», — объясняет соавтор исследования Мао-Тин Сюй. «Те, кто имеет опыт побед, становятся более доминирующими в будущих столкновениях, а те, кто теряет, превращаются в подчиненных».
Отслеживая активность мозга, ученые заметили, что «эффект проигравшего» зависит от конкретной группы интернейронов в дорсомедиальном стриатуме — компоненте базальных ганглиев. Эти холинергические интернейроны уже известны своей важной ролью в поведенческой гибкости и адаптации.
Когда ученые «выключили» у подопытных этих нейронов, мыши, которые «проиграли», больше не принимали свое подчиненное положение в дальнейших столкновениях, хотя победа по-прежнему подтверждала доминирование. По сути, последствия побед и поражений контролировали различные мозговые цепи, и источником «эффекта неудачника» была зона принятия решений, а не система вознаграждения.
«Мозговые цепи, которые участвуют в таких решениях, у мышей и людей практически идентичны, следовательно, мы можем провести полезные аналогии», — подчеркивает профессор Уикенс.
Что это значит для людей? Очевидно, в «человеческих» социальных взаимодействиях существует гораздо больше нюансов, однако уже ясно, что «эффект проигравшего» проявляется и в нашем сознании.
«Человеческая социальная динамика, безусловно, намного сложнее», — говорит Сюй. «Глава семьи может находиться в низком социальном рейтинге на работе и проявлять (или сдерживать) свое доминирующее поведение в зависимости от обстоятельств. Тем не менее, эксперимент предоставил нам важные сведения о нейронных механизмах нашего поведения».
Фото: hi-tech.mail.ru