Почему одни люди сразу воспринимаются как «свои», а другие — нет? Причина может быть не только в общих интересах и удобстве общения в данный момент. Исследования показывают, что наши предпочтения при выборе друзей частично основаны на давних эволюционных механизмах — способности находить надежных партнеров для сотрудничества.
В доисторические времена от правильного выбора партнеров зависели выживание и успешное размножение: необходимо было совместно добывать пищу, защищаться, воспитывать детей и решать конфликты. Поэтому привлекательными считались те, кто выглядел способным «создавать и делиться» — производить что-то полезное и быть готовым делиться этим с другими. Хотя времена изменились, ученые предполагают, что и сегодня наш выбор подсознательно определяется теми же механизмами.
Группа специалистов под руководством Адара Айзенбруха исследовала, насколько это утверждение соответствует действительности, в рамках двух экспериментов. В первом 156 студентов из США случайным образом объединяли в пары с незнакомыми людьми своего пола. Партнеры полчаса общались по заданной схеме, а затем каждый участник отдельно оценивал, насколько он желал бы подружиться с собеседником. Испытуемые также отмечали у партнера ряд характеристик: «эволюционную продуктивность» (насколько человек кажется способным приносить выгоды и ресурсы), доброжелательность, доминантность, социальный статус, привлекательность для противоположного пола, заботливость и академический успех. Дополнительно у участников измеряли физическую силу, а в конце им предлагали обменяться email, но только при условии, что оба согласны на это.
Исследование показало, что участники эксперимента с большим желанием стремились дружить с тем, кто казался им более продуктивным, доброжелательным, доминантным, статусным, привлекательным и заботливым. Однако при одновременном учете всех характеристик наибольшее влияние оказывали три фактора: привлекательность, доброжелательность и доминантность. Мужчины в целом чаще оставляли свои контакты, хотя по результатам анкетирования не считали партнеров более желанными друзьями, чем женщины.
Во втором исследовании 444 участника сначала описывали свою основную текущую жизненную цель, а затем оценивали фотографии незнакомцев своего пола — насколько они подходят для роли друга. После этого они указывали, какие качества в новом друге могли бы им помочь достичь их цели. Отдельная группа независимых оценщиков описывала те же лица по разным параметрам — внешняя привлекательность, интеллект, доверие, агрессивность, компетентность, та же «эволюционная продуктивность» и другие.
Сравнение показало, что предпочтения нельзя полностью объяснить лишь актуальными целями. Например, привлекательность и «эволюционная продуктивность» делали лицо более желанным в качестве друга гораздо сильнее, чем это следовало бы исходя из того, насколько участники считали эти качества полезными для своей заявленной цели. Это говорит о том, что мы частично «запрограммированы» оценивать потенциальных друзей как партнеров по сотрудничеству, важных не только в данный момент, но и в целом.
Авторы подчеркивают ограничения: небольшой размер первой выборки и то, что во втором исследовании невозможно учесть все, включая неосознанные, цели. Тем не менее, полученные данные подтверждают идею о том, что наши дружеские предпочтения формируются не только на основе текущей выгоды, но и глубинных эволюционных предпочтений по отношению к тем, кто нам кажется ценным, способным и готовым к сотрудничеству партнером.
Фото: hi-tech.mail.ru