Поздно обсуждать, сможет ли искусственный интеллект выполнять нашу работу — он уже делает это сейчас. Серийные предприниматели Давид и Даниил Либерманы, основавшие в августе 2025 года проект Gonka AI — децентрализованную сеть для ИИ-вычислений, полагают, что действительно важный вопрос заключается в том, будут ли ИИ-агенты служить обычным людям или ограниченному числу огромных компаний, которые поделят мировой рынок ИИ-вычислений. Forbes пообщался с братьями о различных сценариях будущего ИИ, о феномене OpenClaw и о том, как люди все еще могут противостоять корпорациям. Мы объединили их ответы, так как братья общались в привычном для себя стиле, дополняя и развивая мысли друг друга.
«Все идет к тому, что ИИ будут производить пять компаний и два государства»
— Начнем с общего вопроса: как вы считаете, в ближайшее время мы увидим «настоящий» искусственный интеллект, AGI?
— С одной стороны, заявления о скором появлении великого искусственного интеллекта до сих пор не подтвердились. С другой стороны, мы наблюдаем, как быстро разрушаются барьеры, и с последними технологическими шагами эти барьеры начали падать стремительно. Все тесты Тьюринга пройдены, и теперь приходится создавать новые тесты, которые ИИ также успешно проходит.
Все мечтают о том, чтобы «генерализация» ИИ произошла мгновенно, но этого не происходит, что и вызывает скептицизм. Однако каждая деталь становится все более совершенной. Компьютерное зрение уже превосходит человеческое, распознавая даже такие болезни, как рак кожи. ИИ генерирует текст лучше, чем 99% людей на планете, на всех языках. Он практически идеально понимает речь человека и может имитировать голос. Все больше появляется нишевых ИИ-стартапов в таких областях, как химия, физика и биология.
То есть уже наблюдаются удивительные результаты, хотя это еще не «общая» модель ИИ. Но та же архитектура, примененная к конкретным сферам знаний, показывает отличные результаты. Тот самый «сверхинтеллект» может возникнуть благодаря тому, что одна часть системы сможет сотрудничать с другой. С высокой вероятностью мы увидим в ближайшие пять лет, как объединенные системы будут эффективно взаимодействовать.
Конечно, может быть и так, что этого не произойдет. Но к этому вопросу стоит подходить с точки зрения статистики. Каждый, кто не учитывает вероятность, что через пять лет наша жизнь может измениться кардинально, упускает важные моменты. Даже если вероятность составляет всего 10%.
— Тут два разных вопроса: мы говорим о новом сверхискусном интеллекте, который будет не хуже нас, или о том, который будет способен выполнять нашу работу?
— Он уже сейчас способен выполнять такие задачи, это не что-то из будущего, это происходит прямо сейчас. Более миллиарда людей уже пользуются ИИ, а вскоре их станет еще больше. Сложно спорить с теми преимуществами и эффективностью, которые ИИ приносит в любую индустрию. В итоге у нас появятся очки, которые будут помогать людям, объясняя, у нас будут роботы, которые будут убирать, складывать, водить автомобили, сортировать мусор и так далее. Постепенно, деталь за деталью, все будет автоматизироваться с помощью ИИ-технологий.
Существует вероятность, что, увеличивая масштаб, количество и сложность вычислений, мы достигнем момента, когда ИИ сможет выполнять любую задачу лучше, чем 99% людей. Поверить в это и смириться проще, если думать, что это произойдет не завтра, а через 5–10 лет. Но это произойдет наверняка.
Все сервисы, которыми мы сейчас пользуемся, постепенно перейдут в ИИ-облако. На данный момент мы наблюдаем три ведущие компании в области облачных вычислений, которые работают в крупных дата-центрах. Это три американские компании — Amazon, Google и Microsoft — на них приходится 65% всех облачных вычислений в мире. Возможно, в десятку войдут еще две-три китайские компании, а топ-5 компаний займут примерно 80%. То же самое можно ожидать в области ИИ, если все будет двигаться так, как сейчас.
Есть очень ограниченный круг компаний, которые смогут это осуществить, так как у них есть ресурсы и деньги. Очень много денег и ресурсов. Мы движемся к миру, в котором ИИ будут создавать пять компаний, возможно, десять. И два государства. Остальные возьмут уже готовое, то, что им предложат. И кажется, что ничего с этим не поделать.
Но у этого будущего есть альтернатива. Задача заключается в создании инфраструктуры, которая будет децентрализована и не будет принадлежать никому. Чтобы каждый человек, каждый пользователь имел доступ к модели, свободному и максимально дешевому. Чтобы та часть вычислительных ресурсов, которая необходима, работала в интересах пользователя, и никто не мог закрыть ему доступ.
«Нас очень обнадеживает идея альтернативы в области ИИ»
— Вы только что упомянули, что для этого нужны огромные деньги, которых нет у обычных людей и даже у большинства компаний.
— Есть один из наиболее быстрых и успешных примеров в истории человечества, когда была построена подобная инфраструктура. Это биткоин. Он существует 16 лет, а инфраструктурные инвестиции в него активно начались с 2013 года, то есть даже меньше. И на это потрачено более $300 млрд.
Для его инфраструктуры созданы дата-центры, которые в сумме превышают мощности дата-центров Microsoft, Google, Meta и OpenAI вместе взятых. Это не огромные старгейты, созданные OpenAI, а множество мелких дата-центров, распределенных по всему миру. Инфраструктурно их объем превышает все большие корпорации вместе взятые. А количество математических операций, выполняемых чипами для биткоина, в десятки тысяч раз больше общей цифры операций, производимых крупными компаниями.
Поэтому нас очень обнадеживает появление альтернативы в области ИИ, за которой будут стоять такие же мощные силы, как сейчас стоят за биткоином. Его общая стоимость почти $2,5 трлн. И появятся люди, которые захотят построить эту альтернативу, так же как когда-то заработали на биткоине.
— Зачем им это, они же и сейчас зарабатывают на биткоине?
— В индустрии биткоина уже сейчас подключено 26 гигаватт электричества в децентрализованном виде, распределенном по всему миру. Оно арендовано или построено на долгие годы вперед. И владельцы этих 26 гигаватт — это люди, которые за последние 10 лет зарабатывали на биткоине, веря в стоимость монеты. Но сейчас они зарабатывают меньше, так как электричество стоит дороже, чем сами вычисления. Мы общаемся с ними, и они говорят, что как минимум 20% своих мощностей готовы переключить на ИИ-вычисления.
— То есть основные участники Gonka AI — это майнеры криптовалют?
— Их можно разделить на три группы. Первая группа — профессиональные майнеры, которые много лет занимаются добычей биткоина или других криптовалют. Они все больше вовлекаются в нашу сеть, среди них есть 6Block, ранние майнеры Ethereum, большой майнер Filecoin и Bitfury, один из самых известных майнеров биткоина, который в конце прошлого года инвестировал в наш проект $50 млн.
Вторая группа — это дата-центры. Существуют корпоративные дата-центры, а также более мелкие, но известные дата-центры, такие как Nebius, созданный Аркадием Воложем, Hyperfusion в Эмиратах, Gcore в Европе и многие другие в США. Когда мы говорим о «маленьких», это компании, у которых, например, есть 10 000 GPU — специальные чипы, разработанные для ИИ, каждый из которых стоит от $30 000 до $60 000. То есть мы говорим о компаниях, которые инвестировали сотни миллионов долларов в закупку чипов, строительство и обслуживание дата-центров.
Их обычный бизнес заключается в аренде GPU, а теперь появляется альтернатива. Если вы мелкие игроки, вам сложно получить такие же контракты с крупными компаниями, как те, что получил Nebius или CoreWeave. Подключившись к такой сети, как наша, или к сети, подобной биткоину, вы не зависите от дистрибуции и можете зарабатывать больше, чем просто сдавая GPU в аренду.
Третья группа — это венчурные фонды, которые заинтересованы в будущем, где мы представляем себя такими же крупными, как OpenAI, по количеству пользователей. Они могут участвовать в проекте, просто арендуя GPU в одном из облачных сервисов и подключаясь к сети, и зарабатывать на этом.
«OpenClaw появился потому, что инженер выразил свою боль и свой страх»
— Это участники сети, владельцы GPU, а кто арендует вычислительные мощности?
— Когда мы разрабатывали систему, мы в первую очередь думали о малом и среднем бизнесе, о разработчиках, создающих приложения на основе ИИ. И предполагали, что конечным пользователям будет сложно.
Однако сейчас появляется новый интересный момент. Из-за растущей популярности личных агентов вроде OpenClaw и похожих проектов мы видим, как быстро растет индивидуальное использование. Многие пользователи, запустившие OpenClaw, сначала работали с фронтир-моделями, такими как Claude Opus, и получили положительный опыт использования таких агентов. Но затем столкнулись с высокими счетами за использование фронтир-моделей.
Поэтому происходит значительный сдвиг в сторону открытых моделей, который мы не наблюдали еще в конце прошлого года. Открытые модели уже имели определенную популярность, но использование закрытых моделей было значительно выше. Теперь наблюдается обратный тренд, так как агенты становятся очень дорогими. Когда наш проект только начинался, вы отправляли чату 100 слов, и получали 100 слов обратно. Но с появлением reasoning, когда ИИ-модели стали анализировать, как ответить, на каждые 100 слов вы получали 1000, а иногда 10 000 слов. Эти слова скрыты, но они обрабатываются, и за каждое из них вы платите. А с агентами на 100 слов вы можете получать 100 000, иногда миллион слов.
Поэтому люди начали активно использовать вычислительные мощности ИИ для своих целей, и мы наблюдаем, что сейчас самое активное использование Gonka AI — это пользователи, подключающие свои OpenClaw к сети. Не разработчики, а обычные люди, которые в настройках на своих домашних компьютерах выбирают нашу сеть. Это пока ограниченный доступ для тестирования, но вскоре мы откроем доступ для всех.
— То есть теперь вы нацелены на обычных людей?
— Это сейчас главная тема для обсуждения среди всех майнеров и всего сообщества: стоит сосредоточиться не на разработчиках, а на пользователях. У которых очень личные отношения со своими агентами, они их ценят и хотят дать им большую силу и возможности. Эта увлеченность агентами — интересный феномен. OpenClaw сейчас — самый популярный проект на GitHub с точки зрения количества звезд, которые ему поставили. Он уже обошел Linux. Обычно на GitHub не заходили простые люди, только инженеры. А теперь обычные люди скачивают, смотрят видео на YouTube о том, как работать с этим.
Это, безусловно, повышает понимание того, что ИИ может быть слишком дорогим, что нужно искать альтернативы, и что открытые модели — это хорошие альтернативы, которые сейчас работают не хуже закрытых. Это также связано с тем, что из себя представляет Gonka. Поэтому мы сейчас очень вдохновлены этой аудиторией.
— Вы не ожидали появления OpenClaw и подобных проектов?
— И да, и нет. В последние месяцы прошлого года были ожидания, что агенты появятся, но их создадут какие-то компании, и они будут использоваться только ими. То есть будет некий промежуточный уровень между сетью и конечными пользователями. Казалось, рынок движется в этом направлении. Но сейчас произошел резкий поворот в том, сколько конечных потребителей начали задумываться об инфраструктуре и о том, как к ней подключиться.
Это убеждает нас в том, что мы все-таки были правы, пусть и не ожидали появления личных агентов. Тем не менее, можно было предположить появление OpenClaw, так как большая часть работы человека с ИИ будет связана с личными данными, и люди захотят контролировать утечку таких данных в корпорации. Если мы передаем все это Google или OpenAI, очевидно, что в какой-то момент корпорации начнут использовать наши данные для получения прибыли. Все больше людей будут задаваться вопросом, готовы ли они передавать свои личные данные корпорациям.
Среди инженеров это сопротивление еще больше. OpenClaw возник именно из-за того, что инженер выразил свою боль и страх. Он сел и решил создать открытый код для работы с личными данными, не полагаясь на агента, который создаст для него корпорация, а создав своего. Это могло бы сделать крупное предприятие, но это сделал одиночный предприниматель, талантливый программист, который теперь управляет роем ИИ-агентов. И когда люди начали пользоваться этой системой, они сказали: — окей, агенты, создавайте больше агентов, расширяйтесь, пока не поймете, что это нецелесообразно, и сократитесь до того размера, в котором сможете создавать новый продукт, который я оценю. Этот процесс широко распространен, агенты могут работать неделями без остановки, прежде чем принесут результат. Но это дорого.
В Калифорнии инженер, который зарабатывает $200-300 000 в год, может позволить себе потратить на ИИ $20 000 за пару недель. Но что делать инженерам в азиатских или африканских странах, в Казахстане или Сербии? А если мы подумаем не об инженере, а о студенте, который просто не сможет достичь уровня, необходимого для конкуренции? Куда девается весь альтруизм и обучение программированию, если у людей нет доступа к инструменту, который сегодня стоит в среднем $2000 в месяц?
Этот разрыв неумолимо произойдет, он уже происходит. Тот, у кого есть капитал, будет использовать его, чтобы получить преимущество перед всеми остальными, что сделает их отставание неизбежным. Это как если бы в остальном мире не появился интернет и электричество, а они остались только в США. Что бы стало с остальным миром? Если раньше говорили, что software eating the world, программное обеспечение поглощает мир, то ИИ сделает это окончательно. И у тех, кто не будет иметь доступа к ИИ, не будет возможности получить доступ к ресурсам.
«Логика корпорации — постоянно повышать цену»
— Но тот же Сэм Альтман утверждает, что стоимость услуг будет падать в десятки раз каждый год, каждый сможет себе позволить ИИ и так далее.
— Но пока этого не происходит. Если мы взглянем на тот же Netflix, его стоимость растет каждый год. Казалось бы, у них становится больше пользователей, а значит, расходы делятся на большее количество людей. Технологии дешевеют, сервера становятся более доступными, жесткие диски дешевеют, память становится дешевле. Все становится дешевле, так как технологии развиваются. Однако цена сервиса по доставке видео через интернет почему-то растет.
Почему это так? Потому что корпорации могут себе это позволить. Когда монопольное или дуопольное положение занято, они говорят: «Окей, это цена, которую пользователь готов платить». Недавно Марк Андриссен посоветовал всем своим основателям поднимать цены. Тот, кто не может повышать цену для пользователей, считается плохим основателем. Это логика корпорации — постоянно увеличивать цену, находя предел, где пользователи готовы платить. Если они привыкли к вашему сервису, поднимайте цену.
— В теории корпорации могут сделать базовый доступ к сервису бесплатным, как когда-то Microsoft сделала бесплатным Windows.
— Теоретически они могли бы перестать брать с нас столько денег за международные переводы, сколько берут сейчас. И тогда криптоиндустрия развивалась бы не так быстро. Но уйти от жадности сложно, даже сейчас, когда они конкурируют друг с другом. Особенно когда они продают инвесторам большие планы по вложению миллиардов долларов в инфраструктуру. Люди, которые дают эти деньги, не понимают концепции «бесплатно». В целом крупнейшие компании могли бы предоставлять ИИ бесплатно уже сейчас, но им важно показать быстрый рост доходов, только тогда они могут обещать прибыль от инвестиций в 100 гигаватт дата-центров. Поэтому им будет сложно это сделать, хотя как только дистрибуционный ИИ станет сопоставим с ними, им придется реагировать. В той же мере, в какой Microsoft пришлось реагировать и сделать свою операционную систему бесплатной. Но иногда бывает уже слишком поздно, и когда приходит понимание, сложно остановить маховик, потому что у людей они уже ассоциируются с чем-то другим.
— Кажется, людей больше волнует не то, кто победит в борьбе за лидерство, а то, что ИИ в любом случае заберет их работу. Они видят все новые и новые прогнозы, что скоро всех уволят.
— С нашей точки зрения, на эту проблему стоит смотреть так: это ваш ИИ-агент, которого вы контролируете, или это агент некоторой компании? Если это агент компании, то да, сейчас он вам помогает, но потом, когда сможет вас заменить, он вас заменит.
В этом контексте есть пример — у Tesla есть свой ИИ. Это должно быть вам на пользу, так как ваша машина будет развозить людей и зарабатывать деньги. Но они уже заявили, что этот ИИ не ваш, а их, и когда вы покупаете новую машину, он не переносится. Как только он будет работать на 100%, это будет их сеть, а не ваша. Это также объясняет реакцию на open source агенты.
Кроме того, все агенты, которые вы используете у OpenAI, Anthropic или Perplexity, это черный ящик. Вы не знаете, какая у них логика, что в ней заложено, кто угодно может что угодно вставить, и вы ничего не сможете с этим сделать. А с OpenClaw вы видите эту логику. Люди начали обмениваться инструкциями для этих агентов, как и что они могут делать. Бесплатно обмениваясь, чтобы у каждого был наиболее эффективный агент.
Вы контролируете инфраструктуру, которую он использует, контролируете инвестиции и так далее. У вас это не отнять. И единственное, что может быть угрозой, — это если ваш агент проиграет конкуренцию агентам, созданным корпорациями. Но почему OpenClaw произвел такой фурор? Потому что агенты, созданные с его помощью, стали мощнее, чем агенты триллионных компаний.
И это тоже наш тезис — корпорации выигрывают, только когда отсутствует свободное движение. Как только оно появляется, им становится трудно конкурировать, потому что есть миллионы людей, которые пробуют что-то делать, вдохновленные идеей создания своего агента, который будет работать на них, но в их интересах.
Фото: hi-tech.mail.ru