Ненависть и гнев часто воспринимаются как схожие эмоции, будто это одно и то же чувство, лишь различной силы. Тем не менее, эти состояния различаются не только по своей интенсивности, но и по своему характеру.
«Гнев и ненависть оба играют важную роль в понимании конфликтов и агрессии, однако их часто неправильно интерпретируют, считая проявлениями одной и той же злости, но различной силы, — поясняет автор работы, научный сотрудник Калифорнийского университета в Сан-Диего Митчелл Лэндерс. — С эволюционной точки зрения это является ошибочным. Если вы путаете гнев с ненавистью, то неправильно понимаете, чего на самом деле хочет человек, и, вероятнее всего, выберете неверную стратегию разрешения конфликта».
Исследователи предполагают, что гнев возник как инструмент ведения переговоров. Он сигнализирует партнеру: «Ты обращаешься со мной хуже, чем я заслуживаю». Цель гнева заключается в восстановлении отношений, побуждая другого человека пересмотреть свое поведение. Поэтому разгневанные люди стремятся к объяснениям, диалогу и извинениям.
Ненависть решает совершенно иную проблему. Она появляется, когда человек воспринимает другого как угрозу, от которой невозможно «откупиться» переговорами. Соответственно, цель ненависти состоит не в улучшении отношений, а в нейтрализации: таким образом человек хочет дистанцироваться, подорвать позиции противника или полностью исключить его из своей жизни.
Для проверки своей гипотезы ученые провели эксперимент с участием 725 человек из США и Великобритании. Одним из них предложили вспомнить того, на кого они сильно злятся, но не ненавидят, другим — человека, которого они ненавидят больше всего. Затем участники оценивали различные стратегии поведения.
Результаты оказались однозначными. Разгневанные участники выбирали примирительные стратегии: стремились обсудить проблему, выслушать другую сторону, получить извинения. Те, кто испытывал ненависть, предпочитали стратегии нейтрализации: никогда больше не общаться с этим человеком, причинить ему вред или даже фантазировали о его уничтожении. При этом извинения они считали бесполезными и не желали слушать объяснения.
«Это значительные различия, а не тонкие академические нюансы, — подчеркивает Лэндерс. — Люди в реальном общении четко различают гнев и ненависть по типу действий, к которым их тянет».
